HJИскусствоПолитика

Почему картина «Ева» Хаима Сутина стала символом белорусского протеста

И как «Белгазпромбанк» оказался параллельным Министерством культуры в Беларуси

11 июня в главный офис «Белгазпромбанка» пришли с обыском белорусские силовики. Незадолго до этого бывший директор банка Виктор Бабарико заявил о намерении выдвинуться на пост президента Беларуси, после чего власти возбудили уголовное дело и не допустили кандидата к выборам. Эти события привели к неожиданному результату — всплеску интереса к художнику «Парижской школы» Хаиму Сутину, чья картина «Ева» стала символом белорусских протестов 2020 года.

Автор: Роман Божков

Хаим Сутин: от Беларуси до Парижа

Хаим Сутин — уроженец белорусского местечка Смиловичи, десятый ребенок в бедной еврейской семье. В 1907 году в четырнадцатилетнем возрасте он сбежал в Минск, чтобы стать художником. Из минской рисовальной школы через два года он уезжает в Вильнюс, а спустя еще четыре года — в Париж. Там он и его друзья-художники живут в нищете, ютятся по фаланстерам и коммунам и создают объединение, которое впоследствии будет названо «Парижской школой». Квартал Монпарнас в те годы был центром художественного мира, где творили амбициозные эмигранты со всего света — белорусские евреи Шагал и Сутин, итальянец Модильяни, болгарский сефард Паскин, каталонец Пикассо, голландец Мондриан и еще множество других талантливых представителей художественного интернационала.

Портрет Сутина, Амедео Модильяни, 1916

«Ева» написана в 1928 году, через год после первой персональной выставки Сутина. На «Еву», как и на прочие портреты Сутина, очевидное влияние оказал Модильяни, но произведения Сутина мрачнее — линии более рваные, а мазки более грубые. «Ева» отличается от других картин художника, в ней экспрессионистская ярость приглушена, но авторский почерк выдают глаза. На полотнах Сутина они то представлены черными провалами, то как бы растворены в лице. Если верить тому, что глаза — зеркало души, то по Сутину душа — потемки, и художнику ее отражение поймать не получится, как ни старайся.

«Ева», Хаим Сутин, 1928

Кто позировал для «Евы» тоже непонятно — у художника есть еще как минимум две картины разных лет с женщиной в таком же платье и в той же позе, а также с десяток портретов на похожем фоне. Свои картины за редким исключением Сутин оставлял без названия и не указывал имена моделей. 

В период написания «Евы» Сутин в Париже постепенно встает на ноги — чем, кстати, видимо, и объясняется относительная «умиротворенность» портрета в сравнении с остальным творчеством. Его картины начинают покупать коллекционеры, за персональной выставкой идет монография, следом — успех и деньги. Свои старые картины он, разбогатев, выкупает и иногда дорабатывает, но чаще — просто рвет на части. Однако успех недолгий: Великая депрессия приводит к упадку блестящей светской жизни, рост антисемитских настроений тоже вносит коррективы в жизнь преимущественно еврейской богемы Монпарнаса. 

К началу Второй мировой войны «Парижской школы» уже не существует — Паскин и Модильяни погибли, Шагал и Мондриан эмигрировали в Америку. Сам Сутин тоже пытается уехать в США, но неудачно, поэтому он вынужден скрываться от режима Виши во французских деревнях. Приступ язвы в 1943 году вынуждает его вернуться в Париж для срочной операции. Доктора не успевают — Сутин погибает от перитонита. На Монпарнасском кладбище в последний путь его провожают Жан Кокто, Макс Жакобс и Пабло Пикассо.

Хаим Сутин

Уголовное дело против «Белгазпромбанка», выставка арестованного искусства

Через 70 лет о Сутине вспомнят на родине. В 2012 году «Белгазпромбанк», дочернее предприятие российского «Газпромбанка», покупает картину «Большие луга в Шартре» для своего проекта «Художники  “Парижской школы” из Беларуси». Это первая картина Сутина, выставляющаяся в Беларуси. Через год «Белгазпромбанк» покупает «Еву» на аукционе Sotheby’s за 1,8 миллионов долларов. Она стала самой дорогой картиной в Беларуси и была внесена в государственный список историко-культурных ценностей.

«Белгазпромбанк» стал в Беларуси чем-то вроде параллельно существующего Министерства культуры — в разные годы он спонсировал и поддерживал не только художественные выставки, но и независимое книгоиздание, литературу, музыку, театр. Корпоративная коллекция банка была признана крупнейшим собранием работ экспрессионистов «Парижской школы» в Центральной и Восточной Европе — после Сутина банк купил полотна Шагала, Бакста, Ваньковича, Цадкина и многих других.

«Большие луга в Шартре» — первая картина Сутина, которую купил «Белгазпромбанк»

Все это легло в основу масштабного проекта «Арт-Беларусь», в рамках которого с 2015 года проходит «Осенний салон» — масштабная выставка актуального искусства молодых белорусских художников. Отмеченные международным жюри художники получают денежные премии от банка и возможность проводить персональные выставки.

В 2017 году коллекция получает место в постоянной экспозиции — под нее отдана часть площадей Дворца искусств на Козлова, 3 в Минске. Небольшой зал галереи был одной из немногих площадок, где выставлялось актуальное белорусское искусство, пока в «государственной» части здания проходили ярмарки шуб и меда. Последним проектом банка стал культурный хаб «Ок16» — 6 тысяч квадратных метров в здании бывшего заводского цеха на популярной и активно джентрифицируемой Октябрьской улице.

Публичным лицом всех этих инициатив был Виктор Бабарико — председатель правления банка. В 2014 году он даже получил звание «Меценат культуры Беларуси», а сюжеты с похвалами бизнесмена выходили на государственных телеканалах. Но чувства властей стремительно охладели, стоило только ему заявить о политических амбициях — в мае 2020 года Бабарико ушел в отставку с поста председателя правления банка и заявил о намерении баллотироваться в президенты республики, а уже в июне был арестован и отправлен в СИЗО КГБ.

Виктор Бабарико, бывший «Меценат культуры Беларуси» (Фото: viktar_babaryka / Instagram)

Непосредственно корпоративная коллекция и арт-инициативы не были поводом для преследования Бабарико, но оказались «сопутствующим ущербом» деятельности властей. В сюжетах белорусских телеканалов о  «преступлениях» банкира картины упомянули вскользь — «Полторы сотни картин общей стоимостью около 20 миллионов долларов также приобщены к делу. Есть информация, что их готовили к срочному вывозу за рубеж». При этом крупным планом показывали именно «Еву».

16 июня галерея «Арт-Беларусь» открылась с QR-кодами на стенах вместо арестованных картин. Одно из подсобных помещений в галерее закрыто, дверь опечатана, на двери листок с надписью «вход воспрещен по требованию по требованию правоохранительных органов». За этой дверью — картины в заложниках. Куратор корпоративной коллекции банка, искусствовед Александр Зименко, провел в пустой галерее экскурсию под названием «Здесь был Шагал».

Так открылась галерея «Арт-Беларусь» без картин из коллекции «Белгазпромбанка». Работы можно было посмотреть с помощью проектора, а биографии авторов и истории полотен — по QR-кодам в пустых рамах на стенах галереи. Фото: Siarhei Satsiuk

Как «Ева» символом протеста

Общественность не поверила в версию следствия, что с трудом добытые дорогие картины привезли в Беларусь, чтобы потом увезти и продать. Первыми отреагировали деятели культуры — под хэштегом #евалюцыя свои варианты «Евы» создали художник Павел Дорохин, актриса «Свободного театра» Юлия Шевчук и театральный режиссер Николай Халезин.

Переделанная «Ева». Фото: фейсбук Юлии Шевчук

«Ева» стала частью уличного протеста одновременно с арестом Бабарико — после него по центру Минска растянулись многокилометровые очереди. Формально — чтобы оставить подпись в поддержку его выдвижения, хотя его инициативные группы уже собрали необходимые по законодательству 100 000 подписей. «Ева» стала символом абсурдности обвинений и готовности властей покуситься даже на в каком-то смысле «сакральное» — на искусство. 

Стикеры и открытки, футболки и сумки —  «Еву» печатали везде, а тиражи раскупали мгновенно. Как заявляла в это время пиар-специалист галереи «Арт-Беларусь» Елизавета Маслёнченко: «Более трехсот стикеров с изображением  “Евы” разобрали за два дня работы галереи. Мы выставили стикеры и открытку с этой репродукцией в общий доступ на Гугл-диск и не отслеживаем их загрузку. Образ стали использовать массово: десятки мемов, доработанных изображений, косплеев. Люди печатают майки и сумки с изображением  “Евы” как знак протеста. Бывают и совсем политические интерпретации, мы не можем и не будем на это влиять».

«Свободный театр» организовал в Лондоне перфоманс в виде шествия людей в тюремных робах с масками «Евы» на лицах. Акция солидарности прошла также в Амстердаме. Это были первые выступления белорусской диаспоры летом 2020 года.

Axana van der Ra / Courtesy Photo

Фото: Николай Халезин

Контекст влияет на восприятие. Сутин и «Парижская школа», в отличие от многих других художественных объединений того времени, не маркировали себя идеологически и не писали воззваний или манифестов. Но без ведома автора «Ева» стала манифестом протеста. Как отметил белорусский художник Сергей Шабохин, «теперь “Ева” не смотрит безучастно, теперь ее поза взгляд выглядит молчаливым упреком властям».

Instagram: katerina_malkovskaya


Понравилась статья? Тогда поддержите нас, чтобы мы могли и дальше писать материалы!

Наш журнал существует только на средства читателей. Ваши донаты подарят нам немного уверенности и возможность платить авторам за работу.

Возможно, вас еще заинтересует

«Не знаю никого, кто бы проголосовал за Лукашенко»: житель Минска о протестах в Беларуси, ОМОНе и планах на будущее

 

Рекомендуемые статьи

Close