HJИскусствоКино

Как «Джокер» попал в нерв современности

«Джокер» Тодда Филлипса был одним из самых долгожданных фильмов 2019 года. После выхода в прокат картина вызвала не только высокие оценки, но и многие негативные отзывы: любители комиксов остались недовольны неканоническим образом персонажа, искушенные киноведы оказались разочарованы простотой замысла, а более казуальная аудитория пришла в ужас от жестокости на экране. Разбираемся, можно ли назвать «Джокер» шедевром? какие смыслы в нем заложены и почему он получился таким актуальным.

Отрыв от канона

Можно долго спорить, получился ли «Джокер» хорошим или плохим фильмом, но уникальности у него точно не отнять — это первый кинопроект, посвященный глубокому исследованию Джокера в качестве отдельного героя. Многие поколения зрителей привыкли воспринимать этого персонажа только в связке с Бетменом, ведь его главная мотивация всегда состояла в том, чтобы как следует насолить Темному Рыцарю и устроить переполох в Готэм-Сити. В «Джокере» же Брюс Уэйн присутствует лишь в виде 9-летнего ребенка, который практически никак не влияет на сюжет и оставляет Джокера наедине с камерой. И это однозначное новаторство.

В разное время к франшизе подступались многие талантливые режиссеры (от Нолана до Бертона) и привносили что-то новое в известную вселенную, но все они показывали антагониста только в связке с протагонистом — Джокер традиционно нарушает порядок, а Бетмен ожидаемо его восстанавливает. Тодд Филлипс набрался смелости и пошел совсем по другому пути, посвятив новый фильм исключительно Джокеру и подробно раскрыв его историю. Нечто подобное было разве что в комиксе Алана Мура «Убийственная шутка», но в кино мы впервые видим раскрытие социальных и профессиональных мотиваций Джокера: он живет с душевнобольной матерью-одиночкой, страдает от психического расстройства и работает в агентстве «ХаХа».

Словом, весь сюжет посвящен именно Артуру, практически не раскрывая других персонажей из привычной вселенной DC. Мало того, что Джокер впервые солирует на экране, он еще и сильно отличается от принятого канона. В этом фильме его зовут Артур Флек — совершенно неклассическое имя для персонажа. В разных версиях его звали Джерард Килл, Джейсон Реипэн, Джозеф Керр, Джек Уайт или Джек Напьер, как в «Бэтмене» Тима Бертона. Новая картина также переосмысляет происхождение Джокера, полностью игнорируя известную историю с падением в чан с кислотой, но перекликаясь c «Убийственной шуткой», где Джокер тоже был комиком-неудачником. Для заработка Флек танцует в клоунском гриме возле магазинов и на детских утренниках, однако работа его не удовлетворяет, поскольку он мечтает стать стендапером и выступать по телевидению. Из-за странной болезни, которая заставляет его смеяться в самые неподходящие для этого моменты, его регулярно унижают коллеги и случайные прохожие. По ходу сюжета Флек узнает правду о своих родителях, становится жертвой нескольких жестоких нападений и предательства со стороны коллеги, после чего решает отомстить обществу и всем людям, которые так долго вытирали об него ноги.

Из-за сильных расхождений с каноном детище Филлипса балансирует на грани нескольких направлений и жанров — это одновременно и триллер и комикс. Формально фильм вышел из вселенной DC, но по факту он не является ее частью и стоит отдельно. В нем есть знаковые персонажи для франшизы вроде самого Бетмена или дворецкого Альфреда, но они не играют значительной роли и могли бы быть заменены на новых героев без особенных потерь для сюжета.

Такое вольное обращение с элементами франшизы весьма редко можно встретить в сфере комиксов, поскольку их структура довольно стабильна и рассчитана сохранение в течение многих поколений. Долгие годы зрители привыкли к тому, что проекты по комиксам существуют в рамках устоявшейся традиции, которую Филлипс нахально проигнорировал. За эту смелость режиссер уже получил «Золотого льва» на Веницианском кинофестивале — впервые за всю историю премии приз был вручен кинокомиксу. На этом фестивале чаще всего награждают так называемый изысканный артхаус, стоящий особняком от массового кино. В отличие от «Оскара» для Хита Леджера присуждение этой премии можно назвать прорывом для кинокомикса, который впервые стал по-настоящему авторским произведением. Во многом этому результату способствовали многочисленные отсылки к истории кино, заложенные в «Джокере», вроде реверансов Филлипса в сторону Скорсезе и аллюзий на «Таксиста» и «Короля комедии». Также «Джокеру» был присужден рейтинг R из-за высокого градуса жестокости, что тоже очень нетипично для историй про супергероев.

Если фильмы Marvel вроде франшизы «Мстителей» стараются угодить как можно большему числу зрителей подобно расчетливому бизнесмену, то «Джокер» скорее походит на взбунтовавшегося и эпатажного подростка, который стремится нарушить все правила. Таким образом Филлипс сумел во многом преобразить жанр кинокомикса ценой рискованного эксперимента и навлечь на себя негодование разных групп зрителей. Фильм будто бы пытается сыграть в двух видах спорта одновременно — он получился авторским проектом и в то же время сохранил условности кинокомикса. Из-за этого гики остались недовольны слишком большим разрывом с классической вселенной, а поклонники глубоких психологических драм восприняли историю Джокера как слишком обобщенную и поверхностную. Но больше всего вопросов у аудитории возникло к самому процессу становления героя.

Преображение Джокера

Осторожно, дальше следуют спойлеры!

История Джокера во многом укладывается в схему типичного сюжета последних лет, в которой антигерой раскрывает свой характер и становится положительным героем, при этом сохраняя свои негативные качества. В таких историях варьируется градус человечности персонажа и уровень сочувствия, с каким зритель к нему относится: от совсем милого маньяка-вигиланта в «Декстере» до настоящего садиста Джека в последнем фильме Ларса фон Триера.

Как и в «Доме, который построил Джек» степень нашей эмпатии к Джокеру сильно меняется на протяжении фильма. Герой проходит путь от несправедливо униженного неудачника, которому хочется помочь, до одержимого жаждой мести злодея, способного запросто убить любого на своем пути. Если в начале он хочет покончить только с самим собой, то со временем его жажда разрушения обращается на внешний мир и позволяет ему преобразиться — чем больше он совершает убийств, чем свободнее он себя чувствует. Не сумевший вписаться в мир Готэм-Сити, Флек разрушает привычный порядок в момент тройного убийства богатых негодяев, напавших на него в подземке. Именно в этот момент из куколки всеми презираемого неудачника рождается трикстер – воплощение хаоса и бездушного зла.

Сочувствовать такому парню довольно сложно, учитывая, что многие его поступки вроде убийства собственной матери лишены очевидной сценарной мотивации. Многие обвиняют фильм в плохой сценарной работе, но при таком бюджете (55 млн долларов) было бы просто нелепо предположить, что создатели картины не могли нанять человека, способного убедительно прописать трехактный сюжет трансформации героя по всем принятым правилам. Тогда почему некоторые эпизоды откровенно провисают?

Дело в том, что «Джокер» — это не классическая голливудская история с выверенными переменными, где А логично переходит в Б, а скорее рваная и лишенная привычного катарсиса трагедия, в дырах которой просвечивает настоящий хаос. Большинство поступков Артура продиктованы не рациональным обоснованием, а эмоциональной реакцией и спонтанными решениями, которые сочетаются с навязчивыми видениями и галлюцинациями.

Более того, в фильме нет строго заданных стартовых условий. Происхождение Артура весьма таинственно: мы точно не знаем, является ли его отцом Томас Уэйн, можно ли думать, что это все фантазии психически больной матери, да и вообще можно ли ее считать матерью, если верить в историю с усыновлением? Взросление без твердой опоры сделало Флеком инфантильным кидалтом, абсолютно беззащитным в мире взрослых. Из-за психического расстройства он даже сомневается в своем собственном существовании, из-за чего отчаянно ищет отцовскую фигуру – то в политике Томасе Уэйне, то в телеведущем Мюррее. Оба они – символы успеха и примеры для подражания, которые в реальности оказываются черствыми циниками, равнодушными к нашему герою. Не сумев найти кандидата на роль отца, Флек перемещается в область видений, где он окружен любовью своей соседки и восхищением публики. Но жестокая реальность разрушает его фантазию и оставляет его наедине с единственным желанием — эффектно покончить с собой.

В своем дневнике Артур пишет: «моя смерть будет иметь большее значение, чем моя жизнь». Он надеялся, что совершив самоубийство он мог бы показать всю ту несправедливость, которая окружала его с самого рождения. Это могло бы подействовать, если бы в мире остались какие-то понятия о справедливости, ради которых можно было пожертвовать собой. Но общество окончательно сходит с ума, а потому суицид становится бесполезным. Когда Артур приходит в студию к Мюррею, он сперва хочет прострелить себе голову согласно изначальному замыслу, но когда ведущий перебивает его и произносит оскорбительную шутку, Артур мгновенно меняет планы и расправляется со своим недавним кумиром.

Джокер становится натуральным трикстером, чьи действия невозможно предсказать. Он не способен вписаться в установленный порядок, и вместе с тем превосходит этот порядок.  В его поступках нет последовательной психологии или политической борьбы, а есть одна сплошная метафизика. Убивая мать, Джокер освобождает себя от своих корней, расправляясь с бывшем сослуживцем, он мстит обществу за ложь и лицемерие, а стреляя в Мюррея, он избавляется от отцовской фигуры, после чего в его мире остается только хаос и безумие.

Преображение персонажа во многом завязано на актерском таланте исполнителя главной роли — что и говорить, даже самые отъявленные ненавистники картины признают гениальность игры Хоакина Феникса. Благодаря его таланту «Джокер» попал в категорию редких фильмов, в которых актеры становятся полноценными соавторами картины наравне с режиссером.

Ради этой роли Феникс сбросил 23 килограмма и превратился в костлявого дистрофика, что выглядит достаточно жутко. Это отнюдь не пустой эпатаж, а необходимое условие для настоящего превращения в другого человека. Ведущие американские актеры часто проделывают нечто подобное для того, чтобы показать серьезность своих намерений. Это весьма сложно и опасно для здоровья, недаром Кристиану Бэйлу пришлось завязать со своими перевоплощениями после «Власти», ради которой он набрал 19 килограммов и вновь подкосил свой организм. Тем не менее, несмотря на профессиональный подвиг Феникса многие все равно остались недовольны его персонажем.

Нерв современности

В чем разница между Джокером в исполнении Хита Леджера и Артуром Флеком? Первый — харизматичный, брутальный, хитроумный и опасный персонаж, способный придумывать ловкие многоходовочки, бросать вызов непобедимому Бетмену и терроризировать весь город. Он также превосходный оратор, ловко манипулирующий людьми и вызывающий восхищение, ведь даже его рассказ о том, как над ним в детстве издевался отец, вызывает скорее уважение вместо сочувствия. В общем, Хит Леджер изобразил обаятельного и рационально мыслящего суперзлодея, который и запомнился всему миру как Настоящий Джокер™.

Флек же оказался его полной противоположностью: закомплексованный маменький сынок, неспособный внятно произнести предложение длиннее короткого афоризма. Он психически неуравновешенный слюнтяй, боящихся других людей, эмоционально незрелый и действующий на основе спонтанных импульсов. Если бы его играл менее притягательный актер, то перед нами сложился бы полноценный образ конченного неудачника, обиженного жизнью. На протяжении всего фильма он вызывает только сочувствие, но не уважение. История построена так, что даже к концу фильма с Флеком не происходит каких-то радикальных личностных изменений — он не разрешает свои внутренние проблемы и остается, по сути, таким же лузером, но только превратившимся в жестокого трикстера.

Увидев такой образ на экране, любители персонажа Хита Леджера закономерно оскорбились. И это Настоящий Джокер™? Тодд Филлипс, унеси свое творение подальше, этой поделкой ты оскорбил образ одного из самых главных персонажей в истории массовой культуры! Примерно такие претензии высказывают многие зрители, особенно те, кто сильно увлекался комиксами и привык к более традиционному облику героя. И несмотря на эту резкую и непривычную адаптацию персонажа, он кажется невероятно актуальным. Есть такое чувство, что своим фильмом режиссер удивительно точно попал в какой-то самый уязвимый нерв современности. И за это достижение, пожалуй, можно простить какие угодно сценарные оплошности.

Выход фильма в США сопровождался атмосферой тревоги и напряженности, которую можно почувствовать даже на другом конце планеты. На киносеансах во многих американских городах присутствовали переодетые в штатское полицейские, которые нервно следили за собравшейся публикой. В некоторых местах на показы даже отказывались пропускать людей, пришедших на просмотр в одиночестве. В воздухе будто витала опасность, проникавшая в реальную жизнь сквозь экраны и проекторы, заставляя властей принимать усиленные меры безопасности. Все это больше похоже на Москву в день митингов оппозиции, а не на выход очередного фильма в Америке, которая производит их больше всех остальных стран на свете.

Причина для такой нервозности кроется в специфическом состоянии, в котором сейчас пребывает западный мир. Как известно, в США и Европе регулярно происходят массовые теракты и так называемые шутинги, чаще всего совершаемые людьми, сильно похожими на Артура Флека.

Возьмем нескольких «героев» крупных терактов, произошедших в западных странах за последние двадцать лет:

  • Подростки Эрик Харрис и Дилан Клиболд, напавшие на сверстников в школе «Колумбайн»
  • Элиот Роджер, расстрелявший случайных прохожих в Санта-Барбаре, Калифорния
  • Бретон Таррант, транслировавший в прямом эфире расстрел мусульман в новозеландской мечети
  • Стивен Пэддок, открывший огонь по толпе в Лас-Вегасе
  • Андреас Брейвик, устроивший серию терактов в Норвегии

Конечно, истории этих террористов отличаются друг от друга, но у них есть много общего. Все они белые цисгендерные мужчины, не сумевшие вписаться в социум. Они в разной степени были психически больными, экономически неблагополучными и социально неадаптированными людьми. В основном они были одиноки и обижены на общество за несправедливое обращение с ними. Их взгляды были радикальными и циничными, основанными на отрицании современной западной политики толерантности и мультикультурализма. Их средний портрет слишком сильно напоминает образ Артура Флека, из-за чего американские власти всерьез боялись, что выход подобного кино может спровоцировать еще один теракт со стороны такого разъяренного одиночки с винтовкой в руках.

Однако террористы вроде Брейвика и Тарранта слишком умны, виртуозны и расчетливы для того, чтобы вписаться в образ новой версии Джокера. В конце концов, Брейвик сумел провести сложную серию терактов с целью отвлечения внимания от молодежного лагеря Норвежской рабочей партии, а Таррант продумал грамотную кампанию медийного освещения своего злодеяния в прямом эфире, так что они скорее смахивают на старого Джокера в исполнении Хита Леджера.

К Артуру Флеку гораздо ближе будут Харрис с Блиболдом и Эллиот Роджер. С первыми его объединяет жажда мести за перенесенные унижения в школе — основным мотивом для их шутинга была травля со стороны одноклассников — а с Эллиотом Роджером его роднит неспособность завести романтические отношения с женщинами. Как мы помним, Флек тоже весь фильм фантазирует о любви с соседкой, но в реальности только следит за ней и врывается к ней в квартиру с недобрыми намерениями.

Во многом именно благодаря Роджеру в обиход вошло слово инцел, произошедшее от английского выражения involuntary celibacy. Так принято называть людей, находящихся в невольном сексуальном воздержании, подразумевая чаще всего озлобленных и непривлекательных мужчин. Несмотря на кажущуюся смехотворность этой проблемы, после серии последних терактов в США развернулась моральная паника касательно потенциальной опасности, исходящей от таких индивидов. Артур Флек получился носителем собирательного образа всех инцелов, о которых в Америке сейчас ведется столько разговоров. Почти в каждой иностранной статье про «Джокера» так или иначе упоминаются инцелы.

При этом некоторые зрители находили нереалистичным то, что герой Флека при всей своей ничтожности становится лидером протеста и создает армию последователей. Этот сюжетный ход даже ставили в один ряд с потенциальными сценарными ошибками. На самом деле это весьма жизненно, если вспомнить, что практически каждый из приведенного списка также заполучил (при жизни или посмертно) довольно обширную фан-базу по всему миру, а некоторые из них и вовсе стали предметом культа, как Харрис и Блиболд, о которых даже сочинили знаменитую песню Pumped up kicks.

Легко понять, как у отдельных личностей может вызывать восхищение брутальный Брейвик со своими серьезными политическими убеждениями, находящими отклик в сердцах расистов по всему миру. Однако гораздо сложнее принять, что даже такой инфантильный хлюпик как Роджер, стрелявший по прохожим из-за своего сексуального воздержания, приобрел целую ватагу поклонников. На Ютубе можно найти много роликов, полушутливо называющих Роджера героем. Это характерная черта времени, которую весьма точно уловили авторы сценария. Если раньше восхищение вызывали виртуозные и харизматичные душегубы вроде Алекса из «Заводного апельсина», то теперь их место занял Артур Флек — показательно беспомощный даже в своих злодеяниях.

Если проводить аналогию с «Таксистом», линию которого сознательно продолжает Тодд Филлипс, то легко заменить трансформацию героя. Персонаж фильма Скорсезе Трэвис Бикл — социопатичный ветеран Вьетнамской войны, страдающий от одиночества и психических расстройств, как и Флек. Однако в отличие от Джокера Бикл обладает силой духа и изрядной долей благородства — он хочет бороться с преступностью и спасти девочку-проститутку, сбежавшую от своего сутенера. Ничего подобного Флек не делает, поскольку ему наплевать на других людей, ведь он озабочен исключительно собственной персоной. При этом он мечтает быть таким брутальным, как герой «Таксиста», недаром в сцене просмотра телевизора, в котором вещает тот же самый Роберт Де Ниро, Флек повторяет знаменитую сцену с револьвером, но только вместо эффектного монолога он нелепо выпускает оружие из рук и стреляет в стену собственной квартиры, напугав маму в соседней комнате. Это очень угрюмый образ человека, обиженного на массовую культуру из-за того, что он не может походить на любимых киногероев.

Можно удивиться тому, как автор комедий вроде «Мальчишник в Вегасе» и «Впритык» снял такое мрачное кино. Но если как следует проанализировать предыдущие работы Тодда Филлипса, то можно заметь расставленные красные флажки по всему его творческому пути и предпосылки для создания «Джокера». Большинство его фильмов объединяет одно — они все рассказывают о недолюбленных мужчинах. Его самый знаменитый Hangover можно воспринимать как масштабное исследование мужских комплексов, спрятанных под маской придурковатой комедии. А если вспомнить о том, что его дебютным фильмом была документалка о знаменитом панке GG Allin’e, известном своими скандальными и местами омерзительными выходками на сцене, то становится понятно, что такие персонажи всегда интересовали Филлипса, который только сейчас смог полноценно высказаться на эту тему.

Однако это высказывание обошлось ему очень дорого. На вопрос о том, почему он больше не снимает комедии, Филлипс ответил: «Go try to be funny nowadays with this woke culture». Woke — политический термин афроамериканского происхождения относится к пониманию проблем социальной и расовой справедливости. Слово произошло от афроамериканского народного выражения «stay woke», которое намеренно пишется с ошибкой для осознания проблем чернокожего населения Америки. Проще говоря, одной этой фразой Филлипс очень радикально выступил против культуры политкорректности и уже получил за это огромную порцию критики в мировой прессе.

Отдельные группы идут и дальше простой критики, призывая к прямому бойкоту фильма. Для этого используются разные поводы вроде включения в саундтрек фильма песни певца Гари Глиттера, осужденного за педофилию. В твиттере появился хэштег #boycottjoker с десятками постов от  пользователей, обвиняющих картину в оправдании жестокости, побуждению к насилию, неуважении к меньшинствам и в прочих нехороших вещах.

Когда фильм вызывает столь бурную реакцию, это значит только одно — он так сильно надавил на нерв нашего времени, что эта рана будет болеть еще очень долго. При этом нельзя сказать, что в самом посыле сюжета можно заметить антигуманные настроения, скорее наоборот.

Левая идея

Система образов и социальный месседж фильма прямолинейны и очевидны настолько, что не заметить их может только слепой. «Джокер» начинается с выступления по радио, по которому объявляют о мусорном кризисе. Одновременно с этим обостряются финансовые проблемы, из-за которых городская администрация сокращает социальных работников, присматривающих за потенциально опасными психопатами, и лишает психически больных льготных таблеток, руководствуясь абстрактной логикой эффективных сокращений государственных трат. Лишившись поддержки со стороны власти, Артур Флек выходит окончательно съезжает с катушек и превращается в убийцу.

Это простейшая и прозрачнейшая метафора рассказывает о том, как бездушная капиталистическая система относится к людям, как к мусору, и чем чревато такое поведение. По сути, все художественные средства используются для того, чтобы выстроить незатейливую фабулу и высказать банальную мысль: пренебрежение к «обычным» и «проблемным» людям чревато пробуждением в них инфернального зла. И заразившись этим злом они будут искать себе соответствующих кумиров.

Во вселенной DC Бетмен всегда был народным героем среди жителей Готэм-Сити, а семья Брюса Уэйна вместе с благородным Альбертом вызывала уважение и почитание. Но в этом фильме все ровно наоборот — их династия противопоставляет себя населению и заслуживает презрения. Пока улицы города завалены мусором, а люди прозябают в нищете, отец будущего Бетмена баллотируется в мэры города и представляет собой класс финансово обеспеченной элиты. Томас Уэйн пренебрежительно относится к реальным проблемам людей, называет их клоунами, не имеет реальных конкурентов в политической борьбе и может себе позволить все, что угодно. Он напоминает Собянина на последних московских выборах — его победа тоже обеспечена заранее, поэтому он не нуждается в общении со своими избирателями. И когда происходят редкие попытки наладить этот диалог, то Томас Уэйн оказывается неспособен разговаривать с людьми на равных, банально не понимая их проблем из-за своего привилегированного положения.

Увидев такого кандидата, жители Готэм-Сити закономерно возмутились и вышли на серийные акции протеста. Для наглядной иллюстрации разрыва между социальными классами зрителю показывают сцену митинга, на котором негодование людей выливается в массовые беспорядки, а в это же время Томас Уэйн вместе с другими богачами, одетыми в дорогие смокинги, смотрят комедийный фильм в кинотеатре и весело проводят время. Окончательно убедившись в равнодушии власть имущих, протестующие преисполняются ненависти к правителям города и превращают бывшего отщепенца Артура Флека в нового народного кумира.

При всей скупости художественных методов эта бесхитростная метафора, как и сам образ Джокера, бьет точно в цель — с каждым годом в мире усиливается разрыв между богатыми и бедными, а по прогнозам аналитиков две трети мирового богатства будут принадлежать 1% богатейших людей уже к 2030 году. Ненависть к элитам постепенно усиливается как в развивающихся государствах 2-го и 3-го миров вроде РФ, так и в благополучных странах наподобие Америки, в которой победу Дональда Трампа во многом связывают именно с протестным голосованием против богатого истеблишмента, правившего страной на протяжении многих десятилетий. Самого Трампа регулярно называют закомплексованным клоуном, переживающим из-за длины своих рук и веселящем публику своими абсурдными заявлениями в Твиттере. Если такой шоумен стал кумиром миллионов простых американцев, то почему бы им не стать и Джокеру?

Это вполне убедительно, учитывая особенности смеховой культуры. В основе большинства шуток лежит непонимание между людьми, когда сообщение одного искаженно доходит до ушей другого и рождает комический эффект. Богачи в фильме приходят на показ фильма «Новые времена» комика Чарли Чаплина, что также вовсе не случайно. С этим образом Флека роднят не только неуклюжие ботинки, но и отношения с системой — по сюжету герой Чаплина по прозвищу Бродяга вкалывает на заводе и теряет работу из-за того, что босс заставляет его без конца повышать объемы производительности. Не выдержав такой нагрузки, Бродяга сходит с ума и попадает в психиатрическую лечебницу, а после становится клоуном и потешает богатых людей. Флек и Бродяга оба становятся жертвой системы, а потом бросают ей вызов с помощью юмора, который не улавливают власти.

Причина недовольства элитами кроется в таком провале коммуникации — большинство сильных мира сего неспособны говорить с условными обывателями на одном уровне. Если вообразить ситуацию встречи какого-нибудь Игоря Сечина с жителем российской глубинки, то глава Роснефти при всем желании банально не поймет проблем своего оппонента, так как он никогда не жил на минимальный размер оплаты труда. В «Джокере» блестяще выстроена атмосфера этого непонимания — когда Артур Флек, человек из реального мира, приходит в студию Мюррея, он оказывается в мире искусственном. Все слова Флека доходят до ведущего и собравшейся публики в извращенной форме, вызывая приступы смеха. Убедившись в невозможности наладить коммуникацию с этими людьми, Флек прибегает к насилию как к единственному возможному способу заставить воспринимать себя серьезно.

Социальный подтекст целиком играет на продвижение левой идеи, сильно популярной в современной Америке, никогда не знавшей социализма и видящей соблазн в коммунистических убеждениях. Для более очевидного месседжа в сцене, когда семья Уэйна выходит из кинотеатра, зрителю показывают афишу фильма Брайана де Пальмы «Прокол». Это конкретный маркер времени — картина вышла в 1981 году, когда произошел окончательный переход к так называемой рейганомике. Под этим термином понимается курс экономической политики американского правительства в период президентства Рональда Рейгана. Тогда в США к власти пришли консервативно настроенные силы Республиканской партии на волне подъема неоконсервативной волны во многих развитых странах Запада. Именно тогда в США стали сокращать социальные программы, включая льготные таблетки и бесплатных психотерапевтов для психически больных. Тодд Филлипс дает прозрачный намек — правительство должно больше заботиться о своих гражданах, иначе горько об этом пожалеет. Примерно о том же самом долгие годы говорят левые идеологи.

В такой системе метафор можно усмотреть плоское нравоучение со стороны режиссера, который изображает черно-белый мир с «хорошими» бедняками и «плохими» богачами. Однако «Джокер» неоднократно подчеркивает, что социальный протест выпускает из бутылки самых страшных демонов, таящихся в озлобленных нищих людях. В фильме никто не произносит красивых речей, стоя на броневике и указывая направление в светлое будущее. Протестующие скорее похожи на толпу обезумевших животных, громящих все на своем пути, способных на любую жестокость и выбирающих в качестве лидера безумного психопата. Без этого образа фильм стал бы совсем однобоким, да и еще лицемерным со стороны голливудских киношников, явно не стоящих с беднотой по одну сторону баррикад. Используя тему революционных настроений, создатели «Джокера» поступают подобно производителям футболок с Че Геварой и выставляют бунт на продажу, встраивая тему контркультуры в формат общества потребления. Купи билет в кинотеатр и борись с системой!

Как бы то ни было, «Джокер» вызвал серию жарких споров, а это главный признак значимости фильма. Его нельзя назвать шедевром в плане киноязыка и сложности замысла, но выход этой картины однозначно стал важным культурным событием. И теперь образ Джокера надолго будет неразрывно связан с героем Хоакина Феникса, затмившего легендарного Хита Леджера.

 

 

 

 

 

Рекомендуемые статьи

Close