HJЛичный опытРабота

«Периодически привлекаю внимание извращенцев»: натурщица о своей работе

Почему художники приятнее фотографов и как можно по 3 часа сидеть в одной позе

Над художественными фотографиями и картинами часто трудится целая команда помимо человека с камерой или кистью, но мало кто задумываются о работе моделей. Кто и почему зарабатывает позированием, где найти такую работу и как научиться принимать свое тело — рассказывает натурщица Даша N.

Автор: Жанна Нейгебауэр

Про интерес к позированию

Я начала позировать в конце февраля этого года. Однако история эта начинается раньше, где-то за полгода до того: один знакомый предложил поснимать меня ню, а я — вместо того, чтобы, как обычно, отказаться — задумалась. Он предложил для раскрепощения обмениваться фото: он показывает свою фигуру, как есть, я — свою. При этом о вирте речи не шло, это был скорее творческий процесс: мы снимали свои силуэты в отражении, подбирали интересные углы и приемы съемки, скидывали друг другу референсы в качестве заданий и так далее. 

Это заставило меня по-другому взглянуть на жанр ню и пробудило творческий интерес. В результате я начала придумывать себе разные образы и фотографироваться на штатив. Пару фото я даже выложила в соцсети. Это заметила моя знакомая, которая учится рисовать, и дала ссылку на закрытую группу, где желающие позировать художникам публикуют посты с информацией о себе. Это было супер-странно, но я подумала: «Собственно, почему бы и нет?» и написала свой пост.

Это было еще до шумихи по поводу пандемии и разговоров о карантине, так что мне начали поступать предложения буквально в тот же вечер. Мы обсуждали условия, уточняли время и место, тайминги — по сколько минут каждая поза и сколько их нужно. 

Про первый опыт

Первый опыт позирования у меня получился крайне удачный. Это была частная мастерская, где мне предстояло работать один на один с художником, что психологически все же проще, чем обнажаться перед группой — тем более впервые. С другой стороны, было немного боязно приходить к незнакомому человеку в закрытое помещение, хоть студия и находилась в большом здании. Но когда он появился в коридоре — улыбающийся, в стареньких джинсах, кедах, серой толстовке и очках, почему-то с красным чемоданом в наклейках, — я как-то сразу поняла, что мы поладим. И действительно, сеанс прошел очень комфортно, он дал мне пару советов перед предстоящей работой на групповых набросках, мы поговорили о психологии, философии и о жизни, конечно. 

Американские студенты Университета Айовы и натурщица. Alfred Eisenstaedt/Time & Life Pictures/Getty Images

Этот сеанс в каком-то смысле стал для меня определяющим: я поняла, что мне интересна творческая среда и что, позируя, я могу не только скорректировать восприятие своей внешности, но и найти интересных собеседников, укрепить свою самооценку. Да и вообще, стало как минимум понятно, что у меня получается.

Про принятие своего тела

Отношения со своей внешностью у меня всегда были довольно сложные. В средней школе я заметно прибавила в весе и сильно переживала по этому поводу. Позднее у меня развились анорексия и булимия — принять себя и тем более полюбить никак не удавалось. 

«Если ты умрешь, то кто позаботится о твоих котах?»: Пугающий мир расстройств пищевого поведения

Какие-то подвижки начали происходить около года назад, когда я пошла в психотерапию. С января этого года я также начала пить антидепрессанты. Помимо прочего, это очень помогло и с принятием себя, дало понимание того, что такое забота о себе и жизнь в гармонии со своим организмом. Без этой предыстории я бы вряд ли решилась позировать, так как сама эта практика тоже задумывалась мной как терапевтическая.

Когда знакомая прислала мне ссылку на группу, я вдруг поняла, что вообще-то позирование — это очень интересный способ получить фидбэк от других людей о том, как ты выглядишь со стороны. Наше восприятие устроено таким образом, что себя мы видим как бы отдельными частями, например, у нас могут быть любимые и нелюбимые части тела. Окружающих же мы воспринимаем как цельные фигуры. И художники — это как раз те люди, которые способны это восприятие передать в виде своих рисунков.

В процессе выяснилось, что в этой среде я могу получить не только визуальный, но и вербальный фидбэк, и в большей степени даже относительно своих личных качеств, а не только внешности. Я с удивлением обнаружила, что весь мой багаж эрудиции и знаний в различных гуманитарных областях, который в обычной жизни казался мне бесполезным, в творческой среде позволяет мне вести интереснейшие беседы. Так что позирование вылилось в комплексную терапевтическую практику и для восприятия своей внешности, и для укрепления представления о самой себе как об интересной личности.

Сейчас мне намного легче дается и обнажение, и восприятие себя. Особых проблем больше не возникает — кроме тех, которые я придумываю себе сама. Это в основном связано с тем, что я еще не всегда могу рассчитать свои силы и ставлю для себя высокую планку. Например, недавно меня впервые позвали на длительную постановку (3 сеанса по 3 часа), и я очень неудачно села, отклонившись назад на руки. После первых 45 минут я не чувствовала рук вообще, а запястья болели. В общем, оставшееся время я держалась просто на силе воли. С ужасом думаю о том, что мне предстоит еще два таких сеанса. Ну а в плане обнажения я сейчас чувствую себя довольно свободно без одежды, мне не кажется это чем-то стыдным. Хотя иногда смущаюсь от мысли, что мой вид может кого-то смущать.

Про поиск работы и творческий процесс 

Я работаю в основном с художниками, так как фотографы часто предлагают tfp (Time for Prints, или время за печатные экземпляры — один из вариантов соглашения между моделью и фотографом, когда последний приобретает права на фотографии, модель взамен получает определенное количество снимков — прим. HJ), чтобы заполнить портфолио. А у меня есть условие: фото, где в одном кадре мое лицо и гениталии, не будут размещаться в сети. Основную массу это не устраивает, хотя недавно мы прекрасно и плодотворно поработали с одним фотографом.

Художникам и школам натура требуется в основном для набросков: в большинстве школ каждую неделю художники и студенты собираются, чтобы попрактиковаться. Я периодически размещаю посты в группах, посвященных поиску моделей, и школы сами связываются со мной. Хотя в какие-то популярные места, где уже есть свой пул натурщиков, я писала сама.

«Олимпия» Эдуарда Мане. Картина стала причиной одного из самых больших скандалов в истории искусства — художник не последовал традиции оправдывать наготу женщины легендарным или мифологическим сюжетом. Моделью Олимпии послужила излюбленная натурщица Мане — Викторина Мёран

А еще в июле я поработала лично с одной художницей, и в конце сентября работа с моим изображением будет представлена на выставке. Это очень необычные, но приятные ощущения — на картине не видно моего лица, так что никто не догадается, что это я, но я-то знаю.

На групповых сеансах в школах все происходит четко по времени: ведущий ставит таймер, объявляет смену позы и перерывы. Тут, помимо пластики, ценится четкость, поэтому я заранее продумываю, какие позы под какие тайминги смогу показать.

Работа с художником в мастерской тет-а-тет, по моему опыту, в корне отличается: тут не нужно заранее что-то придумывать, так как у каждого художника свои задачи. И если в школе нужны интересные сложные позы, которые хороши для тренировки и обучения, то в частных мастерских художники рисуют то, что смогут позднее использовать в картинах — более простые и естественные положения. В процессе мы часто разговариваем на отвлеченные темы, и для меня это делает работу в частных мастерских значительно интереснее. 

Про коллег по цеху

Одна из наиболее распространенных причин прихода в позирование — проблемы с принятием себя, низкая самооценка. А для кого-то это внезапная возможность заработать в сложный период. Есть и те, кто позирует ради удовольствия от самого процесса. Не могу сказать, что в позирование идут люди определенного типа или склада ума — это набор абсолютно разных на первый взгляд людей. Но думаю, что так или иначе у всех нас есть какие-то свои особые отношения с темой телесности.

Моделей-женщин значительно больше, да и потребность в них выше.

Студии зовут девушек, потому что на них приходит больше художников. А мужчины в нашем обществе в целом менее привычны к проявлению своей грации, к тому же есть еще масса всяких предрассудков и страхов в головах, так что решаются единицы. Средний возраст для девушек в профессии, я бы сказала, 25-30 лет. А вот мужчины постарше. Наверное, 30-40 лет в среднем, хотя встречала и своих ровесников. 

С некоторыми моделями мы знакомы, с кем-то даже виделись лично. Сейчас у меня есть partner in crime, с которым мы позируем парно, когда есть спрос. Но в основном мы работаем по одному, так что мне кажется, что натурщики по большей части знают друг друга заочно — по анонсам в студиях и объявлениях в группах.

Про место позирования в своей жизни и анонимность в профессии

Сейчас позирование является одной из важных частей моей жизни — не основной, но достаточно большой. Я вообще в определенный момент отказалась от выбора чего-то одного и начала совмещать разные свои интересы, а они стали интересным образом переплетаться. Так, например, позируя в одной студии, я нашла учеников на английский, с одной художницей мы сейчас обсуждаем творческие фотопроекты. А с другим художником мы вообще подружились, и я периодически ему помогаю с разного рода «приземленными» делами вроде оформления документа с портфолио или съемки картин, сейчас вот собираю ему сайт на «Тильде».

В школах и студиях сейчас платят 1200 рублей за сеанс, который длится 3 часа. Но там стараются разных моделей звать, так что в одну и ту же школу можно попасть только раз в полтора-два месяца. Если на постоянку идти, то это только ВУЗы; я там не работала, но коллеги говорят, что в среднем платят 150-250 рублей за час. Насколько я знаю, тех, кто полностью обеспечивает себя позированием единицы. Да и прожить на это можно только если имеешь собственное жилье (и стальные суставы).

Американский художник Томас Харт Бентон  работает над картиной «Персефона» (также известной как «Изнасилование Персефоны») в своей студии в Канзас-Сити, Миссури, 1939 год. Натурщица — одна из его учениц, студентка Института искусств Канзас-Сити. Фото: bigpicture.ru 

Мне довольно сложно налепить какой-то определенный ярлык на эту сферу, поскольку здесь я нахожу и новые знакомства, и самые разные подработки, и реализую потенциал своей физподготовки. Ну и получаю терапевтический для моей самооценки опыт, конечно же. 

Насчет анонимности вопрос двоякий. С одной стороны, я не испытываю стыда или стеснения по поводу того, что позирую. Я свободно говорю об этом со своими друзьями, об этом знают мой бойфренд и мать. С другой стороны, я понимаю, что не все готовы это нормально воспринимать. Мой молодой человек работает в крупной организации, и я бы не хотела, чтобы мои эксперименты в будущем как-то отразились на его карьерных перспективах. Кроме того, размещая посты в сообществах для художников и моделей, я (как и другие натурщики) периодически привлекаю внимание извращенцев и не очень адекватных людей. Создание отдельной страницы — это в том числе способ обезопасить себя от возможного сталкерства.

Что касается отношения к позированию — в кругу моих знакомых это, разумеется, вызвало удивление, но в основном в позитивном ключе. Конечно, стоит сказать, что все они — люди с критическим мышлением, готовые воспринимать альтернативные точки зрения и жизненные принципы. Мой молодой человек абсолютно нормально к этому относится, только просит меня быть осторожной, зная о моей спонтанности.

Про отношение к телесности в России

О российском менталитете и отношениях с телесностью можно, конечно, наразмышлять на пару монографий. Тут все очень сложно и сильно разнится от места к месту, но ключевая эмоция, на мой взгляд, это стыд. Если окинуть взглядом историю, то можно выделить по крайней мере два фактора, как мне кажется, сильно повлиявших на наше отношение к наготе. Первый — это христианство, пришедшее к нам в X веке. До католической аскезы в Европе нам, конечно, было далеко, да и многое в учении Христа было адаптировано под языческую почву. Тем не менее, ключевые заповеди и посыл праведности самоограничения мы впитали. В этом плане очень наглядна мода — одежда всегда хорошо отражает изменения в общественном сознании и главенствующие настроения. Мы можем заметить, как с течением времени от традиционного многослойного костюма, покрывающего все тело, к XX веке мы пришли к более простым и разнообразным по длине и крою нарядам. 

Второй фактор, сильно повлиявший на наши отношения с телесностью — это возникновение Советского Союза, а точнее — радикальная смена повестки после настоящей сексуальной революции в 20-е годы. СССР в нашем сознании прочно ассоциируется с фразой «В Советском Союзе секса не было», и это впечатление успешно подкрепляют бабушки-морализаторши и другие представители «совка». 

Кроме идеологии, я думаю, огромное влияние оказала и жизнь в коммуналках — представьте, что у вас вообще нет личного пространства, вы делите комнату со всей остальной семьей, а кухню и ванну с туалетом еще с десятком жильцов. 

О каком познании телесности тут может идти речь, если люди не то что сексом уединенно заняться не могут, а даже спокойно в туалет сходить? 

В общем, ничего удивительного, что у старшего поколения в большинстве нагота вызывает «праведный гнев» — обидно, когда кто-то позволяет себе то, что ты себе запретил. К сожалению, мы этот стыд и негативное отношение впитываем, уже толком не понимая, что тут стыдного, но все равно стыдимся, потому что «нехорошо».

А что с этим делать? Можно, конечно, сказать, что нужно повсеместное просвещение, работа с родителями и детьми, и другие прекрасные вещи, но если мы посмотрим на ту же историю с уроками сексуального воспитания в школах, то станет понятно, что это все не так просто. Поэтому я бы предложила подойти к этому вопросу с более простой и одновременно более сложной стороны — начать с себя.

К примеру, задаться вопросами вроде: «А что я знаю о своем теле? Чем оно для меня является? Как я к нему отношусь? Как окружающие меня люди относятся к этой теме?» Мне кажется, что осознание того, где на этой оси координат находишься конкретно ты, является отличной точкой старта для того, чтобы сделать проще как минимум свою жизнь, а как максимум — стать позитивным примером для своей семьи и окружения.


Понравилась статья? Тогда поддержите нас деньгами, чтобы мы могли и дальше писать материалы!

Наш журнал существует только на средства читателей. Ваши донаты подарят нам немного уверенности и возможность платить авторам за работу. Поможет любая сумма, но для минимального гонорара требуется хотя бы 300 рублей.

Тэги

Рекомендуемые статьи

Close